В Тюменской области родственники паллиативных пациентов обвинили местный хоспис в чрезмерном использовании сильных седативных препаратов, которые обездвиживают людей и ускоряют их гибель. В департаменте здравоохранения подчеркнули, что назначение препаратов строго регламентировано, а ни одной официальной жалобы в адрес хосписа не поступило. Как бы то ни было, статистика показывает, что паллиативная помощь в России остается одной из самых проблемных как минимум с точки зрения кадров — коэффициент совместительства работников в этой сфере один самых высоких, при этом финансового поощрения за тяжелую работу практически нет. Как решается проблема с нехваткой врачей в хосписах, узнали «Известия».
Почему пожаловались на тюменский хоспис
С жалобой на хоспис в СМИ обратился один из жителей Тюмени на условиях анонимности. Он утверждал, что его отца якобы «закололи» седативными и наркотическими препаратами до такой степени, что он переставал узнавать близких. Еще одна жительница Тюмени, Вера, также заявила, что в медучреждении якобы установлен «вечный карантин» по ОРВИ и гриппу с ноября 2025 года, из-за чего к родным не пускают и проверить их состояние не представляется возможным. СМИ ссылаются на десятки гневных отзывов в Сети.
Действительно, в сервисе 2ГИС о проблемах пишут многие. «Папе вкололи то, что превратило его в овощ буквально за ночь... Вкололи, чтобы просто не мешал персоналу и другим пациентам», — говорится в одном из комментариев. Другие обвиняют персонал в нарушении утвержденных врачами протоколов лечения. Но, справедливости ради, немало и положительных отзывов.
В ответе «Известиям» департамент здравоохранения региона подчеркнул, что вся работа в хосписе строго регламентирована, в том числе и назначение любых препаратов. Выписка наркотических средств и психотропных веществ осуществляется только по медицинским показаниям, с учетом выраженности болевого синдрома и состояния пациента, с обязательным оформлением документации и строгим контролем со стороны врачей и среднего медперсонала за их использованием.
— Вся терапия направлена на максимальное облегчение симптомов и поддержание качества жизни пациента без применения методов, связанных с «паллиативной седацией», — подчеркнули в депздраве.
Жалоб на эту службу практически не поступает (за последний год их не было, только благодарности), а все негативные комментарии обязательно анализируются и разбираются, когда это представляется возможным, добавили в ведомстве. Некоторые из отзывов в департаменте называли вызывающими сомнение в достоверности, так как пациентов с описанными ситуациями в учреждении не было.
— Предполагаем, что негативные отклики могут быть связаны с переживаниями из-за боли тяжелой утраты близкого человека. В таких случаях мы предлагаем посетить психолога хосписа, который готов оказать профессиональную поддержку как самим пациентам, так и их родственникам, — отметили в депздраве.
Департамент здравоохранения также подтвердил, что в Тюменской области с ноября введен запрет посещения стационарных учреждений с круглосуточным пребыванием из-за карантина по ОРВИ и гриппу, который пока не окончился. Тем не менее администрация учреждения не препятствует визитам сестер милосердия и священнослужителя к пациентам хосписа, в исключительных случаях разрешается посещение и родственников, если при этом нет угрозы здоровью для остальных.
Главная проблема — кадры
Главный внештатный специалист по паллиативной помощи Минздрава России Диана Невзорова сообщила «Известиям», что в регионах на начало 2026 года работали 900 отделений паллиативной медицинской помощи, 43 хосписа, 578 отделений сестринского ухода. При этом число врачей по паллиативной медицинской помощи в стране за последние пять лет увеличилось на 73,1%.
В целом количества хосписов и паллиативных отделений, которые созданы в России, сейчас достаточно, заявила программный директор проекта «Народного фронта» «Регион заботы», юрист фонда помощи хосписам «Вера» Анастасия Жданова.
— Проблема в том, как эта инфраструктура используется. Нередко койки используются не для помощи пациентам, нуждающимся в круглосуточном наблюдении и подборе терапии тягостных симптомов, а в социальных целях: например, госпитализируют пожилых людей после инсульта, которые не обеспечены домашним уходом, но при этом находятся в стабильном состоянии, — отметила она.
В то же время выездные паллиативные службы часто существуют только на бумаге, показывает мониторинг «Региона заботы». В отчетах они есть, а в реальности — нет. Эксперты подчеркивают, что выездной паллиатив даже важнее, чем наличие хосписов, — такие люди должны жить дома или, если это невозможно, в стационарных организациях социального обслуживания, а не занимать место в системе паллиативной помощи.
— Подобная работа по разграничению была проделана в Москве, но сегодня нагрузка на паллиативный коечный фонд всё равно высокая. Это значит, что людей, которым действительно нужна паллиативная медицина, очень много. Создав инфраструктуру хосписов, мы должны очень внимательно следить за тем, чтобы она использовалась правильно, и делать ее действительно доступной для тех, кому нужна именно паллиативная помощь, — сказала Анастасия Жданова.
Самая сложная ситуация в хосписах с кадрами. Во время посещения отделений паллиативной помощи эксперты видят, что штатная укомплектованность существенно ниже рекомендуемых нормативов. Прежде всего не хватает уходового персонала — например, младших медсестер.
Помощь по уходу (а не только паллиативная) является самой дефицитной специальностью во всем мире, указала директор Института экономики здравоохранения Лариса Попович.
— И потребность в этих специалистах растет кратно быстрее, чем в других сегментах в связи со старением населения, — сказала она «Известиям».
При этом замначальника управления по медицинской статистике ЦНИИОИЗ Минздрава России Екатерина Шелепова заявила «Известиям», что число врачей по паллиативной помощи за период 2019-2025 годов увеличилось в 2,1 раза, из них в амбулаторных условиях — в 2,3 раза, а в стационарных — в 1,94 раза.
— Таким образом, основные показатели, характеризующие кадровый потенциал паллиативной службы, имеют тенденцию к увеличению как по показателям обеспеченности на 10 тыс. населения, так и по показателям укомплектованности физическими лицами и должностей врачей по паллиативной помощи, — сказала она.
В первом номере журнала «Менеджер здравоохранения» за 2026 год опубликована статья «Современное состояние паллиативной медицинской помощи в Российской Федерации (2019–2024 годы)», которую подготовили специалисты ЦНИИОИЗ Минздрава. Согласно данным исследования, у персонала паллиативных служб очень высокий коэффициент совместительства — значительно выше, чем у врачей других специальностей. По данным на 2024 год, в амбулаторных условиях он составляет 2,3, тогда как в целом по медицине — 1,2. В стационарах — 1,8 (по медицине — 1,4). В среднем разрыв — 2,0 против 1,3.
Авторы статьи признают ситуацию тревожной и отмечают, что это «сказывается на качестве оказания паллиативной помощи» и «способствует профессиональному выгоранию специалистов».
При этом с 2019 по 2024 год обеспеченность врачами паллиативной медицины на 10 тыс. населения выросла почти вдвое, с 0,45 до 0,89. Укомплектованность штатов сейчас оценивают в 75,9% (82,8% в амбулаторном и 72% в стационарном звеньях).
Среди среднего медицинского персонала коэффициент совместительства также достаточно высок — 1,7.
— Коэффициент совместительства 2,0 у врачей и 2,3 в амбулаторных службах означает, что один человек закрывает две ставки. То есть людей в хосписах фактически вдвое меньше, чем предполагается, — пояснил «Известиям» сопредседатель Всероссийского союза пациентов Ян Власов.
С учетом показателя укомплектованности штата в 76% примерно четверть ставок вовсе остается пустой. В паллиативной помощи нередко врач работает на полставки, «между делом», утверждает эксперт. В то же время те, кто трудится в хосписе постоянно, берут на себя больше, чем должны, — и это рано или поздно приводит к выгоранию.
В свою очередь, заведующая отделением паллиативной медицинской помощи Центра хронических болезней «Медскан Golden Care», член Национальной ассоциации управленцев в здравоохранении (НАУЗ) Марина Процкая связывает высокий коэффициент совместительства в хосписах с мультидисциплинарностью врача.
— Специалист может быть одновременно онкологом и паллиативным врачом, закрывая две ставки. В этом часто проявляется и желание помочь там, где кадровый голод ощущается острее. Однако мы согласны, что системная перегрузка ведет к выгоранию, — сказала собеседница «Известий».
В хосписе в Тюменской области, согласно данным департамента здравоохранения, коллектив работает в одном и том же составе уже долгие годы. Штат также практически на 100% укомплектован младшим медицинским персоналом — показатель составляет 96,3%.
Хватает ли врачам хосписов навыков
Еще одна проблема, о которой говорится в статье специалистов ЦНИИОИЗ Минздрава, — подготовка персонала. Сейчас в перечне специальностей высшего образования и в квалификационных требованиях Минздрава нет медицинской специальности «врач по паллиативной медицинской помощи», она появится только с сентября 2026 года.
Пока же базовые знания эксперты называют фрагментарными — их дают в рамках других дисциплин: онкологии, гериатрии, неврологии и т.д.
Информация часто оказывается поверхностной, что отражается на работе специалистов. В «Регионе заботы» фиксируют во многих регионах огромную проблему с несоблюдением медиками клинических рекомендаций по лечению болевого синдрома.
— Регионов, в которых эти рекомендации полностью соблюдались бы, сегодня в нашей стране нет, — заявила Анастасия Жданова. — Обучение специалистов должно быть более глубоким. Очень важно проводить стажировки для медиков, делиться компетенциями. Такие стажировки раньше проводил Центр паллиативной помощи Москвы — и это был максимально положительный опыт для всех участников.
Сейчас основное обучение для специалистов хосписов — это послевузовское и дополнительное профессиональное образование: 144-часовые программы повышения квалификации, программы профессиональной переподготовки — более 500 часов, а также дополнительный модуль в ординатуре по 26 клиническим специальностям.
Обычно 144-часовых циклов недостаточно — это лишь введение в специальность, дающее минимум по обезболиванию и уходу, подчеркнула директор Высшей медицинской школы Виталина Левашова. А в ординатуре часы на паллиатив зачастую минимальны.
С 1 сентября с появлением отдельной врачебной специальности Минздравом закрепляются и требования для врачей паллиативной медицины: нужно окончить вуз по «Лечебному делу» или «Педиатрии», пройти ординатуру по одной из 26 клинических специальностей и специализированное повышение квалификации по паллиативной помощи.
Анастасия Жданова, впрочем, допускает, что эффект от этого решения может быть обратным: сейчас должность врача паллиативной помощи могут занимать медики из совершенно разных направлений: онкологи, терапевты, хирурги и т.д. Введение специальности может привести к тому, что поток кадров уменьшится. В то же время она признает важность увеличения объема компетенций, которыми должен обладать врач паллиативной помощи, потому что освоить его за 144 часа почти невозможно.
Появление отдельной врачебной специальности создает точку входа и развития в ней, убежден член НАУЗ, руководитель комитета по здравоохранению Московского отделения партии «Новые люди» Дмитрий Воронин. Однако люди пойдут туда работать, только если их труд будет достойно оценен, подчеркивает он.
— При этом в регионах врач паллиативной помощи получает в среднем 60–80 тыс. рублей. При таких условиях конкурировать за специалистов сложно — и с частной медициной, и с другими направлениями внутри системы, — уточняет Ян Власов, добавив, что в итоге выгорание затрагивает от 30 до 90% специалистов по паллиативной помощи. — Кто-то уходит совсем, кто-то остается, но работает уже иначе, без ресурса.
Анастасия Жданова отмечает, что во многих малых городах и сельской местности врачи паллиативной помощи даже не имеют тех доплат, которые есть у медиков, оказывающих специализированную помощь на «скорой» и в первичном звене.
— Эту ситуацию нужно менять, и где-то это постепенно происходит. Например, в Ярославской области таких доплат не было, и они были введены после того, как мы сообщили об этой проблеме губернатору. В ближайшей перспективе мы сможем оценить, насколько эти меры эффективны, — рассказывает она.
Диана Невзорова заявила, что особенности работы в хосписах уже учтены в Приказе Минтруда № 664н от 29 сентября 2021 года, он позволил устанавливать размер компенсационных выплат работникам, занятым в паллиативной медицинской помощи.
Однако врачам в этой области нужны не символические доплаты, а ощутимые надбавки, которые действительно меняют доход, уверен Ян Власов.
Источник: Известия
